Китай 09: Возвращение социализма

Переводчик: Л.Ш.Смурова / Traductora: L. Sh. Smurova
1- ситуация в стране после смерти Мао
Вождь запланировал, кто станет его преемником после смерти, но Китай не признавал иного лидера, кроме Мао: Мао задал темп развития страны со времён «Долгого Марша»  1934 года, управлял страной как авторитарный руководитель, способствовал возникновению культа личности и, после его смерти китайцы могли при желании его канонизировать, но они привыкли к стилю руководства Мао, и к лучшему или худшему, а эпоха его закончилась. Можно прочесть по-другому – его смерть создала огромный вакуум власти, который не смогла заполнить «Банда Четырёх», управлявшая Китаем от имени Мао в течение последних шести или семи лет. Китай был вовлечен в проект, не имеющий ни начала, ни конца, основанный на агрессии – Культурная Революция, целью которой была “непрерывная революция” до полного уничтожения буржуазии, капиталистов и врагов революции. На практике Культурная Революция являлась синонимом разрушения: университеты закрывались, студентам предлагалось бороться с врагами, но, в конце концов, над ними поставили  армию, а тысячи (возможно, миллионы) преподавателей, студентов и врагов режима («коснувшихся шара в черном тотализаторе» ) были отправлены на принудительные работы в колхозы для «трудового перевоспитания». Мао использовал студентов для возврата власти, и у них осталась жажда борьбы, то есть жажда дальнейшего разрушения. Производительность труда снизилась и в сельской местности, и в промышленности, и на горизонте замаячила угроза голода, как и в дни «Великого Скачка».  Любой голос против власти приглушался, со времён «Великого Скачка» было известно, что крестьянин мог голодать, но не  имел права жаловаться. У Китая были напряжённые отношения с СССР, и он пытался экспортировать китайскую версию социалистической революции в страны третьего мира.
Вкратце, наследие, оставленное Мао Китаю, было следующим:
• Положительная сторона – Мао добился победы революции, единства Китая, изгнания иностранцев и прекращения доминирования держав над Китаем,  восстановил честь страны перед лицом остального мира, улучшил условия для здоровья и продолжительности жизни населения и создал сильное центральное  правительство.
• Отрицательная сторона – снизилась производительность труда в сельской местности и в промышленности (коллективизация деревни и централизованное планирование промышленности потерпели крах), голод и его постоянная угроза уничтожили традиционные китайские ценности на пути к достижению западной химеры – социализма. Я назвал социализм химерой, поскольку он базируется на двух утопиях: всеобщем равенстве, и тождестве: работать на себя или на благо общества.
2-перегруппировка во власти.
Китаю понадобилось  37 лет для прохождения от революционного этапа (когда всё внимание было сосредоточено на врагах, кем бы они ни являлись) к более спокойному этапу позитивной деятельности по реконструкции страны. В 1976 году, после смерти Мао, старой гвардии пришлось уйти на покой.
Первыми жертвами оказались представители «Банды Четырех»: партия нашла в них удобного козла отпущения за неудачи Культурной Революции, обвинить Мао  в этом  официально они не могли, так как любой стране нужны герои, а у Мао имелись несомненные  заслуги перед страной. Трое из «Банды» были приговорены к пожизненному тюремному заключению, а  жена Мао Цзян Цин представляла собой жалкое зрелище в суде – она в слезах убеждала суд, что была лишь «собакой Мао». Её приговорили к смерти, но заменили высшую меру пожизненным заключением, поскольку она являлась вдовой вождя; годы спустя Цзянь Цин покончила с собой. Таким образом, жажда крови и мести за неудачи Культурной Революции была удовлетворена  относительно бескровными методами по сравнению с возможными вооруженными восстаниями, возглавляемыми различными руководителями, стремящимися к власти.
 Мао назначил своим преемником (как будто речь шла о монархии)  Хуа Гофэна. Когда он пришёл к власти, то перед ним встал выбор: постараться быть похожим  на покойного вождя или наоборот – стать его противоположностью, он выбрал первый вариант. Он заявил, что идеи Мао остаются в силе и нужно продолжать его дело, следуя его заветам. Хуа Гофэн даже стал причёсываться как Мао, но полностью скопировать его не сумел. Его убедили реабилитировать Дэн Сяопина (1904-1997), большего сторонника Чжоу Эньлая, чем Мао и подвергнутого остракизму, а не тюремному заключению. Он был известен как сторонник экономических реформ, которые можно было претворить в жизнь через Четыре Модернизации (сельского хозяйства, промышленности, обороны, науки и технологии), к этому Чжоу Эньлай стремился ещё с начала 60-х годов. После реабилитации Дэн Сяопин начал назначать на должности своих бывших товарищей, таких же, как и он сам, реформистов,  пытавшихся быть непохожими на Мао.
Дэн Сяопин является уникальной личностью в современной истории. Он родился в начале ХХ века и принял участие в революционной борьбе, добился важных руководящих постов, и к концу эпохи Мао, приобрел достаточный опыт для того, чтобы определить, что Китаю нужны перемены. Его вдохновлял Чжоу Эньлай со своими Четырьмя Модернизациями, за что он и был отстранён от власти. Но появилось  достаточно сторонников, инициировавших его возвращение, и появилась новая возможность действовать. Он был умён, обеспечив себе огромную поддержку среди населения , и  в течение двух лет ему удалось убедить большое количество членов партии принять его проект развития страны. Получив партийное благословение, Хуа Гофэн не превратился в подобного Мао вождя;  не наделил себя, как было принято  в Китае, главными полномочиями, которые ему предоставляла власть де-юре, ему было достаточно власти де-факто. Он не был ни кровожадным, ни мстительным  лидером, ни мечтателем; он объявил себя коммунистом, стать коммунистом должен был стремиться каждый китаец, но после его возвращения к власти в 1978 году, проявил  прагматизм,  нехарактерный для манеры работы Мао, догматической и опирающейся на идеологию.
 В 1978 году он выступил в поддержку газетной статьи, вероятно, написанной под его руководством, в которой заявлялось, что практика является единственным стандартом для изучения истины. Если у Вас имеются основы научно-технических знаний, то эта фраза Вам не скажет ничего нового; если Вы изучали право или гуманитарные науки, или имеете опыт общения с людьми, то сможете с большей точностью определить смысл сказанного. Для сравнения: новые лекарства до появления на фармацевтическом рынке должны получить одобрение FDA в США и SSA в Мексике; смысл полученного одобрения  заключается в том, что медикамент прошёл испытания на достаточно большом числе пациентов, и полученные результаты, оправдывают его продажу; с другой стороны, у колдунов и целителей есть свои рекомендации, они с помощью “порошков  неизвестного состава” обещают удалить мозоли, шрамы и залечить любовные раны.  Первая версия является современной научной версией – научная истина проверена на практике экспериментально; вторая версия – догматическая. Псевдонаука Тимофея Лысенко, упомянутая в предыдущей статье,  имела значение, как в России, так и в Китае, поскольку её поддерживали власти, но она не имела  научной ценности. Мао на протяжении своего пребывания на посту лидера Китая проникся марксистской ортодоксией и отменил частную собственность в деревне, создавая коммуны,  хотя они не были продуктивными; проходили годы и годы с низким уровнем производства в сельской местности, но даже наступление голода не заставило Мао задуматься о поиске другого пути развития страны. В статье поддержанной Дэн Сяопином, акцент делался на практику, то есть на факты, как единственный способ выяснения истины, своего рода статья была попыткой сказать китайскому народу, что время марксистской ортодоксии закончилось.
Этой статьей  Дэн Сяопин совершил гигантский рывок в истории Китая,  подобный возникновению современной науки в эпоху Возрождения. Вместо рабской  подчинённости словам Мао: “Мао сказал то-то и то-то …”, похожими на аргумент древних астрономов (“небесные тела являются отражением совершенного Бога; так как круг и сфера являются совершенными фигурами, то и небесные тела должны быть  сферическими”), Дэн Сяопин сказал китайскому народу, что необходимо экспериментировать, что они могут принимать решения, и никто их не заключит в тюрьму за что-либо, совершённое без предварительного партийного благословения.
Партия в 1978 году одобрила проект Дэн Сяопина: ДА – модернизации и экономическому развитию, НЕТ – классовой борьбе. С другой стороны, после 40 лет коммунизма в Китае не могло остаться много капиталистов,  то есть остался только класс трудящихся. Против кого бороться?
Это политическое решение (партийное одобрение), достигнутое за счет политических умений и несомненного таланта  ведения переговоров, позволило Дэн Сяопину принять экономические решения, обеспечившие изменение курса Китая.
3-экономические изменения.
В сельской местности отказались от коллективизации. Постепенно исчезают крупные и гигантских размеров коммуны эпохи Мао, позволяя отдельным крестьянам или крестьянским семьям возделывать свои земельные участки, являющиеся своего рода семейной собственностью, похожей на мексиканские крестьянские хозяйства. Крестьянин впервые в жизни стал свободным: от груза решений центра и от сознания того, что судьба собранного урожая, независимо от его количества, зависит от властей, которые и решат, что с ним делать, спокойно оставив крестьянина без пропитания. Крестьянину  была дана возможность возделывать поле и получать прямую выгоду от своей работы, то есть он сам обеспечивал своё существование и мог оставлять себе  разумную часть урожая; он также мог решать, что ему сеять, и мог получать немного дополнительных денег от ремесленных работ, если умел, то мог сам шлифовать оси телег,  а если не умел, то мог заплатить за ремонтные работы самостоятельно.
В промышленности отказались от централизованного планирования, а местные власти получили полномочия принимать решения по своему усмотрению.
Четырнадцать городов на восточном побережье открылись для иностранных инвестиций. Эти города стали специализироваться на одном из видов продуктов. Однако,  государственная монополия сохранилась в ключевых областях экономики: нефть, банковское дело, энергетика, телекоммуникации.
Предоставили свободу,  но не демократию. За одиннадцать лет до этих больших перемен произошла знаменитая акция протестов на площади Тяньаньмэнь в Пекине. В апреле 1989 года с протестом вышли группы студентов, некоторые из них хотели больше демократии, а другим казалось, что страна свернула с пути истинного социализма. Люди собирались вместе, записывали свои мысли на Стену Демократии, передовицы газет нападали на них, но с дни проходили, а число протестующих росло. Премьер министр Ли Пэн объявил военное положение, и 4 июня армия освободила площадь силой. Были убитые и раненые, но их число уточнить невозможно, данные по версии протестующих и по версии властей не совпадают.
На фотографии, оставшейся миру от этого инцидента, запечатлён мужчина, стоящий один перед танком, который не может двинуться и раздавить его. Фотография обошла весь мир и стала болезненной «мозолью» для китайских властей, никто так и не смог  установить личность одинокого танкоборца.
Вскоре после этого инцидента, бывший красногвардеец (Вэй Цзиншен), опубликовал на Стене Демократии, что  демократия – это пятая модернизация. Он был заключен в тюрьму, приговорён к 15 годам лишения свободы. Вэй Цзиншен  – по-прежнему активный защитник прав человека, он был номинирован на Нобелевскую премию Мира.
С 1978 года Китай добился удивительных успехов в  экономической сфере. Годовой прирост составляет около 9% в течение последних 20 лет, Китай является крупнейшим держателем долларовых резервов и мировой фабрикой. Китай стал более открытой страной, свобода и демократия стали не пустыми понятиями, поскольку, конечно, нынешний Китай нельзя сравнить с Китаем  1960 года, пережившего катастрофический голод. Он следует «социалистической» модели развития, которая является довольно смешанной системой: капиталистическое государство + капиталист, но поддерживает социалистическую риторику для своей страны и остального мира. На мой взгляд, когда поддерживается частная собственность на средства производства, страна больше не может считаться коммунистической,  это и произошло в Китае.
Только одно неизвестно: как мог Китай достичь таких высот на своём пути? Это важный вопрос, потому что если смотреть на одни цифры, можно говорить лишь о чуде. Но в этом мире, особенно в экономике, чудес не бывает. Рассмотрим причины успеха Китая в следующей статье.

Hacer un comentario: